О томъ, что случилось на Украинѣ, с тоя поры, как она Литвою завладѣна...

Матеріал з Вікіджерел
Перейти до навігації Перейти до пошуку
О томъ, что случилось на Украинѣ, с тоя поры, как она Литвою завладѣна, ажъ до смерти Гетмана Войска Запорожскаго, Зиновия Богдана Хмельницкаго, повѣстію скажемъ пространно (1847
під ред. Осип Бодянський
Видання: Москва: 1847.
О
ТОМЪ,


ЧТО СЛУЧИЛОСЬ НА УКРАИНѢ


С ТОЯ ПОРЫ, КАК ОНА ЛИТВОЮ ЗАВЛАДѢНА,


ажъ до смерти


ГЕТМАНА ВОЙСКА ЗАПОРОЖСКАГО,


ЗИНОВІЯ БОГДАНА ХМЕЛЬНИЦКАГО,


ПОВѢСТІЮ


СКАЖЕМЪ ПРОСТРАННО.



сторінка

ПРЕДИСЛОВІЕ.

Эта «Повѣсть о томъ, что случилось на Украинѣ съ тоя поры, какъ она Литвою завладѣна, ажъ до смерти Гетмана войска Запорожскаго, Зиновія Богдана Хмельницкаго», получена мною отъ И. И. Срезневскаго, въ спискѣ, сдѣланномъ имь самимъ. Онъ упоминаетъ о ней въ двухъ Предисловіяхъ ко 2-й и 3-й книгамъ Части 1-й своей «Запорожской Старины (Харьковъ. 1833—34),» въ числѣ источниковъ для Исторіи Малоросіи, называя ее разъ «Пространная повѣсть о томъ, что случилось въ Украинѣ до смерти Гетмана Хмельницкаго (стр. 10),» а другой разъ «Пространная повѣсть о событіяхъ до смерти Богдана Хмельницкаго (стр. 1.).» Очевидно, что такое озаглавленіе ея основано имъ на послѣднихъ словахъ настоящаго названія ея «повѣстію скажемъ пространно.» Выраженіе «пространно,» конечно, указываетъ собой на пространную повѣсть и, слѣдовательно, заставляетъ предпологать, что предлежащая Повѣсть есть сокращеніе какой ни будь подробной Лѣтописи, составленное неизвѣстнымъ. Это тѣмъ болѣе кажется вѣроятнымъ, что и въ «Сказаніи 1-мъ Части Второй» упоминается о Главѣ 1-й: «о коемъ (Богданѣ Хмельницкомъ) въ первой Главѣ Повѣсти сея упомянуто есть,» между тѣмъ какъ въ теперешнемъ спискѣ и помину нѣтъ о главахъ, напротивъ, вся Повѣсть раздѣлена на двѣ Части, а Части на Сказанія (коихъ въ 1-й девять, да во 2-й четыре). Развѣ принять Части за Главы, что, однако же, не совсѣмъ идетъ къ лицу выраженію: «повѣстію скажемъ пространно.» Какъ бы то ни было, и въ нынѣшнемъ видѣ Повѣсть эта, не смотря на всю сжатость своего разсказа, заключаетъ въ себѣ довольно пространныхъ сказаній, принадлежащихъ только ея одной и ни откуда болѣе неизвѣстныхъ нимъ. Думаю, что она составлена въ Гетьманствѣ Хмельницкаго; на это указываютъ, съ одной стороны, заключеніе ея смертію знаменитаго Зиновія, и подробности о немъ, составившія содержаніе всей 2-й Части, а съ другой — самой слогъ Повѣсти, напоминающій языкъ и пріемы тѣхъ ученыхъ изъ духовнаго званія, современниковъ Богдана, которые проникнуты, были больше духомъ Церковнаго, нежели Польскаго, языка, и потому старались имъ писать, хотя тамъ и сямъ пробивалась невольно и ихъ родная рѣчь. Польскихъ же словъ не насчитаемъ и десяти; даже союзъ «же,» столько обыкновенный въ то время въ сочиненіяхъ Малоросіянъ, очень рѣдко является. Впрочемъ, можетъ быть я и ошибаюсь; можетъ быть, дальнѣйшія открытія и изслѣдованія приведутъ совершенно къ противному. Но тогда то и будетъ.


О. Бодянскій.


Москва.

27 генваря,

1848 г.

сторінка

ПОВѢСТЬ
о
ТОМ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ НА УКРАИНѢ, КАК ОНА ЛИТВОЮ ЗАВЛАДѢНА.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

СКАЗАНІЕ I
о том, какъ украина под властію литвы была.

Кіевъ и всѣ до оного належавшіи земли, однимъ именемъ Малороссіей или Украиной зовомыи, по разореніи отъ нечестивого Батыя и Орды его Татарской, не многое время новому бѣдствію подстали, что Гедиминъ, Великій Князь Литовскій, простирая непрестанно власти свои, до самого Кіева дошелъ, и Кіевъ градъ во область свою взялъ, и на Сеймѣ поставилъ во градѣ томъ и надъ всею его страною Князя Ольшанского, Мендога началомъ, и въ Литву, во градъ свой стольный, возвратился, а тамъ измѣной убитъ былъ 1338 року. Наслѣдіе его межъ семью сыновъ его раздѣлилось: Монтовидъ взялъ Кирновъ городъ со областью; а Наримонъ Пинскъ да на Волыни; а Ольгердъ Кривскіи земли; а Кистутъ Жмудь, Брестъ да Троки; а Корятъ земли Новгородецкіи; а Любартъ Володимеръ да Луцкъ и со всею землею Волынскою; а меньшій сынъ Гедимина, Явнутій, Вильну взялъ да Украину, и Великимъ Княземъ всея Литвы стался. Обаче Явнутій не по нраву братамъ былъ своимъ; негодовали на него и брани затѣяли между собою. А въ тое жъ время и въ Кіевѣ межусобицы были. Й егда Явнутій отъ братьевъ своихъ убіенъ, Ольгердъ Княземъ Великимъ Литовскимъ сталъ, и той Украину и Кіевъ въ вящшее себѣ послушаніе привелъ. Ольгерду умершему рока 1380, Ягелло, Великій Князь Литовскій, сынъ Ольгердовъ, наслѣдовалъ, и той Ягелло во брани со дядею своимъ, Кистутомъ, былъ, и Кистута, дядю своего, безчестно казни предалъ. Послѣжды бракомъ съ Королевой Польскою, Гедвигой, сочетался, и Королемъ Польскимъ сталъ. А Украина вся съ тоя поры за Польшею стала.


СКАЗАНІЕ II
о началѣ козаков и обычаяхъ ихъ.

Далъ же права шляхетству Малороссійскому Король Польскій, Казимиръ, и, наслѣдникъ его, Король Польскій, Сигисмунтъ, того имени Первый. Шляхтичи же поспольство утѣснять стали, налогами обирать, вольностей лишать, всячески безчестно поступали. Съ того времени гвалты народовыи зачалися, а на сіе не смотрѣли и вящше тѣснили. Тогда остервенившися, собрались толпами, многіи села раззорили тѣ вольныи юнаки, и въ пустыи мѣста на Днѣпръ рѣку за Конку рѣку ушли, жилища степныи завели и грабительствомъ жити стали. Король Польскій и требовалъ, и листы, еже суплики, посылалъ, и ратниками принуждалъ, не боялись страху, и привольного ради житья семьи свои на вѣки оставили. Случись тогда брань межъ Королемъ Польскимъ, Сигисмунтомъ, и Царемъ Московскимъ, Василіемъ, и Ханомъ Татаръ Крымскихъ, Менделиреемъ. Жившимъ по лугамъ Козакамъ нужда была до кого пристать, понеже въ центрѣ были межъ брань ведшими, и пристали Козаки до Поляковъ. Въ тое время былъ у нихъ вождемъ Евстафій: съ большою вагою Крымъ повоевалъ, и Кафу градъ раззорилъ, и богато добычи набралъ. Отъ того жъ року начали Козаки до Крыму въ частую ходити; косяки и отары обирати, дорогіи ткани и серебро и прочая. Съ того року Ляхи не гнушалися привилеи Козакамъ давати, шляхетствомъ жаловати, и селитися имъ позволили по Днѣпру по порогамъ и выше. Хоча же народъ Козацкій былъ народъ грубый, обаче весьма храбры были, и за тое то Поляки съ ними во миру жити поставили, и привилеями ихъ награждали.


СКАЗАНІЕ III
о гетманѣ козацком свирговскомъ.

Въ року 1573 Королемъ Польскимъ Принца Французского, Генриха, хитростью министеріи избрали и гласно озвали. За того Короля Козаки не въ примѣръ силою возрасли и многіе грады въ Туречинѣ повоевали. А вождемъ Козаковъ сталъ въ тое время Козакъ храбрый, Свирговскій, шляхтичь. Егда на Молдавскую землю до Яссъ и Сочавы грабежемъ доходить стали съ Востока Татары, а съ полудня Турки и Волохи, то Воевода Молдавскій, Петръ, Козаковъ просилъ помощь дати; а Свирговскій подъ личной командой своей въ землю Молдавскую повелъ около 2000 ратниковъ конныхъ и многажды Турокъ разбилъ, и Татаръ въ ихъ степи загналъ, отъ Господаря Молдавского 20,000 злотыхъ въ награду получилъ: Убіенъ былъ подъ градомъ Киліей, въ степяхъ Буджацкихъ, измѣной.


СКАЗАНІЕ IV
о королѣ польскомъ стефанѣ баторіи.

Мало не полтора вѣка и пятинадесять Королямъ Польскимъ Козаки служили, и вольностями попользовались и бѣды претерпѣли; но никто имъ столько добра и зла сотворити не хотѣлъ, колико Стефанъ, Король Польскій, а прежъ того Герцогъ Трансилванскій, по прозванію фамильному Баторій. Козаки и весь народъ Малоросійскій паче всего его любили, и паче ненавидѣли, и Бога за него молили, и его проклинали. Памятны суть всѣмъ Козакамъ имя Короля Стефана и прозваніе Баторій, еже и градъ во свое нарицаніе поставилъ, Батуринъ, и Козакамъ подарилъ. Гетманомъ Козацкимъ озвалъ той Король славного Козака Богдана. Въ тое же время войну началъ съ Царемъ Московскимъ, Іоанномъ, а въ помогѣ нуждался, послалъ до Козаковъ Комиссаровъ своихъ, утвердилъ за ними привилеи старыи, новыи даровалъ, десницу Гетманскую булавой украсилъ, а войско знаменемъ, и гербъ далъ, и бунчукъ, и жалованье положилъ, строй и чины поставилъ у Козаковъ, навелъ на богатыя добычи: вся земля Агарянская стонала тогда отъ меча Козацкого и пылала огнемъ Козацкимъ; а Козаки барзо довольны становились. Но егда годъ минулъ, пришла Королю дума, же его умертвить хощутъ, и мечь противъ его подъять, озлобился сильно и приказалъ всѣхъ Козаковъ перебить, кои на службѣ были. Прочіе по Украинѣ розселились и миромъ въ семьяхъ хуторами жили. Съ того времени Козаки Короля возненавидѣли и помышлять объ отлученіи себе отъ Польши стали. Егда саранча въ року 1580, въ лѣто, набѣжала, и сливы изъѣла, и егда Жиды вино дорогою цѣной въ продажу давали промысла своего ради, тогда Козаки, озлобившись въ Черкасахъ, и въ Кіевѣ, и въ Переясловлѣ всѣхъ Жидовъ до единого побили, вино забрали и мятежъ учинили. Король просьбою просилъ Козаковъ въ тихомирье стать, обаче Шляхетство Польское и Старосты Городовыи Козаковъ неволей брать зачали, и въ ямы сажали. Кто живъ остался. Егда бы Комисары отъ Короля со знаменіемъ не прійшли, великому мятежу быти бъ было; да Комисары многое обѣщавали, и отошли Козаки на Татаръ да на Туречину, со Гетманомъ, его же сами избрали, Иваномъ Скалозубомъ. Сей съ Турецкими людьми свои ладьи Козацкіи стрѣлъ, и на битвѣ убіенъ 1588; а два года прежъ того Баторію Стефану престолъ и Королевство Польское Сигизмунтъ, третій того имени Король Польскій, наслѣдовалъ въ року 1586.


СКАЗАНІЕ V
о томъ, какъ унія появилась въ украинѣ.

Что есть словомъ глаголати о страданіи за Вѣру! То есть славно страдати и свою Вѣру всякому щитити похвально; обаче не угодно Богу милосердному, же бы Вѣра ко брани, а не къ добру, вела; душу крѣпила, а не растлѣвала, то ему угодно есть, и нашей Православной Вѣрѣ любовно. Егда же мѣшаются во святое дѣло нечестивцы, и своихъ выгодъ и корысти ради добро во зло обратити восхощутъ, тогда и Вѣра на брань ведетъ, и враги другъ противу друга Господа молятъ: обратитеся, сынове нечестивіи, яко же глаголетъ Іеремія; але ни! Зане есмы другъ другу удове, яко же глаголетъ Апостолъ, твердятъ, не понимая. Тому и прикладъ есть.

Во градѣ первопрестольномъ пропадшей Имперіи Римской, градѣ вельми древнемъ, сѣли владѣти Папы, и егда сѣли въ Римѣ, восхотѣлось имъ Императорами учинитися, таковыми же владыками, како были самые славныи Императоры Римскіе. И зачали они всѣхъ Христіанъ стязать, слово Божіе до своей выгоды и похоти ради всячески изламывати, оброки брати, и подъ конецъ устремились, дабы Всемірными монархами содѣлатися; а того ради Греко-Россійскую Православную Церковь до едности съ Римскою привести хотѣли, и къ Царямъ Московскимъ, а прежъ того къ Князьямъ Кіевскимъ, и Владимирскимъ, и Новгородскимъ, и Галицкимъ, листы потребныя писали, и обѣты предлагали. Обаче ничто же совершили, дондеже не воцарился на престолѣ Польскомъ, Сигисмунтъ III. Сей вельми яровитый Католикъ былъ: всѣхъ бы людей подъ Папу привести и весь бѣлый свѣть преклонить не попозорился. Не такъ яко Стефанъ Баторій, кой и привилеи знатный духовенству Рускому пожаловалъ, и шляхетство Руское въ Вѣрѣ Руской удерживалъ. Сей Сигизмунтъ своихъ единомыслей имѣлъ довольно, а друзей и пріятелей въ Іезуитахъ сколько угодно; обаче одного надъ всѣми любилъ, то е Петръ Скарга, духовникъ его, лгунъ, и льстецъ, и жолдовникъ Папы. Скарга многое искалъ въ духовенствѣ Рускомъ привязанности и нашелъ; обаче всѣмъ паче полюбился ему Митрополитъ Рогоза, да Кирилъ, Епископъ Луцкій и Острожскій. И сотворили сіи тако, лко Папѣ и Сигизмунту угодно. Созвали въ Бресту Литовскимъ Соборъ, предались со всею Церковью Папѣ и пословъ послали. Тогда Іезуиты во Украину вошли, въ домахъ Княжескихъ и вельможескихъ поселилися, своему ученію научали, народъ обирали, и аки комедіанты чудеса творили. А Польскіи побродяги толпами начали посѣщать Украину, и Жиды грабить по воли; а Старосты налоги тяжкіи взимать.


СКАЗАНІЕ VI
о князѣ константинѣ острожскомъ.

Былъ же тогда Воеводою во градѣ Кіевѣ и со областію великій Князь Константинъ Острожскій, неисчетного богатства и добродѣтели мужъ, блаточестивъ же и многомилостивъ. Тогда въ хоромахъ своихъ на Песчанкѣ жилъ во уединеніи, работой Королевской и Вѣрой прилежно занимался. И явилися къ нему Бояре и Князи Кіевскіи, и говорили Князю Константину, же треба искусителямъ языкъ отсѣщи и оружіе отъять. Здѣсь и Сеймъ совершили и наряды нарядили во всю Украину, въ города и села, како противостати оскорбителямъ Православной Вѣры и всего народа Рускаго. Въ три мѣсяца набралъ Константинъ Князь седмь полковъ Старостинскихъ охочекомонныхъ, но искуству военному изрядно обученныхъ. Октября 9, 1596 року, былъ Соборъ въ Бресту, а 13-го дня того же мѣсяца Острожского войска на Украину нашли, а въ Ноябрѣ сразились противники на Волыни.


СКАЗАНІЕ VII
о томъ, какъ гетманъ козацкій, наливайко, озвася, и со поляками воевалъ, и о прочемъ.

И тогда же Козаки Раду учинили въ Чигринѣ и выбирали собѣ Гетмана. А выбрали храброго и преславного Павла, прозвищемъ Наливайка, весьма сильного, и рослого, и плечистого. А въ товарищи ему Переясловского полку полковника Лободу, кой подъ Туркомъ славы набралъ, и другого полковника, Гадяцкаго, Овару, придано. Тогда же казали Козаки: Треба, рекли, напасти и запясти. А Наливайко отвѣтъ такъ говорилъ: Егда Гетманомъ мя избрали, то и радку мою принять треба. Никого же обижати сами впредь не будемо. Согласно сему разошлись Козаки съ Рады вельми розумомъ Гетмана своего довольны, и по городамъ окрестъ Чигрина сѣли. Провѣдавъ о томъ Поляки силу великую въ Украину наслали, и погонцевъ повсюду отправили, жебы тѣ провѣдали, гдѣ есть сила Козацкая крѣпче и гдѣ станомъ стоятъ. А командиромъ Поляковъ Коронный Гетманъ Жолкевскій былъ, злонравный, жестокосердый, и ненавидѣлъ Козаковъ вельми. Что ми есть, что барбары сами на насъ не находятъ; не есть ли то страшатся силы нашей? и самъ до Чигрина съ войскомъ ударилъ. На Тясминъ рѣкѣ, на Подолѣ, Козаки станомъ стояли, рвомъ и валомъ окопались, всего 20,000. Первымъ отрядомъ тремя полками командовалъ Гетманъ, на переду стоялъ, а ниже на право, полковникъ Лобода и обозный, а ниже, на лѣво, полковникъ Овара и асаулъ; а пониже къ гаю Гайдамаки въ таборѣ. И когда Поляки дошли, битва возгорѣлась страшная, 7 часовъ длилась. Не могли Поляки выдвигнути Козаковъ изъ окоповъ, ни впередъ подвинуть, ни назадъ попятить. Только одинъ полкъ Овары напалъ на Поляковъ съ огнемъ, и когда стало ему жарко, то отступилъ, тогда токмо выступили изъ укрѣпленій и другіи полки, и, ставши въ полукругъ, пошли одни рубить, другіи стрѣлять, а иныи въ погоню за бѣгущимъ врагомъ. Много пало и Поляковъ и Козаковъ. Овара тутъ же мученическую смерть пріялъ. За сей побѣдой Гетманъ и Лобода начали изгонять Поляка изъ Украины, и много побѣдъ имѣли; а послѣ побѣждены, и въ плѣнъ взяты, и мученическую кончину отъ Поляковъ остервенѣнныхъ пріяли. Тако первое возстаніе Козаковъ на Поляковъ кончилось. Острожскій Князь, Константинъ, такожде славно дѣло свое совершилъ, и Поляковъ принудилъ въ областяхъ своихъ гоненія оставить.

Однако съ того времени Поляки пуще на Козаковъ, а паче посполитый народъ озлобившись, начали тѣснить ихъ не въ мѣру; повсюдно принуждали Вѣру Православную, Жидамъ на расхищеніе предали, и никто же не зналъ, кому повиноваться, понеже господиновъ паче, нежели рабовъ, было.


СКАЗАНІЕ VIII
о гетманѣ конашевичѣ и что при немъ было.

Въ оно время Конашевичь Сагайдачный Гетманомъ Козацкимъ озвался. Сей въ безпорядокъ войство Козацкое пришедшее, вновѣ въ строй и распорядокъ привелъ. За его бытность Гетманомъ Козаки три раза противо Турокъ и Татаръ водой и сушей ходили, городъ Кафу разорили, и многіи города Натоліи такожде выжгли, и добычей, и плѣнниками обогатилися; да еще три похода съ Поляками противъ Царя Московского совершили, корысти, по обѣту Польскому, ради. И большая часть ихъ въ тѣхъ баталіяхъ сокрушилася; всего же болѣе на битвѣ у Цецоры, гдѣ и Поляковъ и Козаковъ великое число пало; а однимъ отрядомъ Козацкимъ Михайло Хмельницкій командовалъ, и сына его, славного Зиновія, тамо во плѣнъ отъ Турковъ взято, и въ Константиновъ Цареградъ отвезено, и мало не два года въ тюрьмѣ голодомъ держано. А на послѣдней битвѣ съ Турками Гетману Конашевичу въ правое плече ранено, и хворого, въ сильномъ недугѣ метающагося, въ Кіевъ, до его Братского монастыря, отвезено, гдѣ и умре и погребенъ. Конашевичь завсегда во миру со Поляки жилъ, а за то Козакомъ и добре было; только поспольство терпѣло зѣло, и побѣги были въ Сѣчь; а друзіи партіи себѣ составляли сами, и въ Подоль ходили грабежемъ и подъ Брестъ. Тогда жъ зачали межъ Козаками отщепенцы являтися: многіи позорную казнь заслужили. Егда жъ Конашевичъ умре, зачали Поляки вновѣ Козацкую силу угнѣтати, и обиды чинити, и покоя не стало. А простыи люди посполитыи ватагами ходили по Украинѣ, изъ своихь домовищъ изгнаны бывше, и голодомъ и нуждой терзаясь. И мятежъ вновѣ учинился: то было второе востаніе силы Козацкой на Польскую силу, за что и повѣствованіе будетъ.


СКАЗАНІЕ IX
о второмъ козацкомъ возстаніи на полякъ.

Гетманъ Коронный Польскій, Конецпольскій, изъ фамиліи Сенаторской, вошедъ въ Малороссію, воиновъ своихъ пораспустилъ, а тіи грабежи зачали творити и народъ Козацкій въ негодованіе привели. Въ тое время Козаки собравшеся въ Трехтемировъ и по иныхъ мѣстахъ и городахъ своихъ Раду чинили, а на Радѣ Гетманомъ всего войска славного и прехраброго Козака Тараса избрали, 1624 року. Провѣдавъ о томъ Козаки собираются въ количествѣ до 15,000 воиновъ всадниковъ, хорошо вооруженныхъ; Гетманъ Конецпольскій войско свое собралъ и пошелъ до Трехтемирова. А Козаки о то провѣдавше, Днѣпръ рѣку перешедше, до Переясловля дошли и станомъ стали по крутой облогѣ, окопавшеся и гарматами воружившеся. И Поляки тоже Днѣпръ перешли и на Козацкую силу напали. Тогда бысть страшная сѣча, и Козаки побѣдили. А Поляки разбѣглися, сожегъ хутора Переясловскіи. Когда же Тарасъ Гетманъ умеръ, то Поляки мстити Козакамъ начали, и по смерти Короля своего, Сигисмунта III, Королемъ Владислава озвали, сына Сигисмунтова, вновѣ во всю Украину взошли и Сѣчь опустошать зачали, а жителей посполитыхъ и Козаковъ до Уніи принуждати. Всѣ Козаки, оружіе носившіи, собрались за порогами и мыслили на Поляковъ вооружиться. А посполитыи въ Запорожье бѣжали отъ господъ своихъ, домы и семейства оставляюще. Тое провѣдавши Поляки, на Днѣпрѣ, выше пороговъ, крѣпость Койдацкую построили перехватывать бѣглыхъ. А Козаки тую крѣпость разорили. И новая Сѣча за Гетмана Павлюка была. Поляки побѣдили, и Гетмана въ полонъ взяли, и мученической смерти предали. Тогда Козаки новое воинство изъ себя собрали, и Гетманомъ Остряницу и на рѣкѣ Старицѣ сѣчу выдержали, Коронного Гетмана Потоцкого разбили. Но послѣжды Остряница Гетманъ пойманъ былъ и въ Варшаву отвезенъ, и со многими преданъ мученической смерти.

Съ тоя поры Козаки пали, а Поляки разбивавше ихъ многажды, всею Украиною завладѣли, своихъ старостъ и полки по городахъ, селахъ, слободахъ и хуторахъ розставили. Такъ окончился вторый мятежъ на Украинѣ съ Поляками.



ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

СКАЗАНІЕ I
о третьемъ возстаніи на полякъ.

Колико стогнала Украина подъ яремомъ Польскимъ, терплючи притѣсненія всякія, и своеволія, и насилія, и Жидовъ хищенія! Нигдѣ же не было мѣста, ни хутора, жебы не терпѣли Православныи; единыи отщепенцы праздновали и въ рабство Православныхъ брали; а Козаки, аки стадо овецъ, безъ козловъ, ходили тамо и сямо, нигдѣ покоя не находяще. Обаче Господь Богъ милосердный умилосердивсь и явльшеся благостію, посла угнетеннымъ милость, исповѣдавше долготерпѣніе и вѣрность до Вѣры Православной. Явися мужъ многоумный и ученый, Богданъ Хмельницкій, о коемъ въ первой главѣ Повѣсти сея упомянуто есть, же онъ во плѣнъ Турками взятъ со отцемъ, и отецъ умеръ, а сынъ мало не два года въ заточеніи пребывше, на волю выкупленъ. Той Козакъ во спасеніе посланъ былъ, его же звали Зиновіемъ, а Богдана прозваніе за мудрость получилъ, еже спасъ Украину отъ угнетенія Польского. А о немъ повѣдаютъ тако: измлада былъ зѣло уменъ и храбръ, и Поляковъ ненавидѣлъ; обаче, со Поляки живше, хитрости наученъ былъ; и Поляки его тогда любили и поважали. Егда на Цоцорѣ, за Гетмана Конашевича, со Турки и Татары сражался, храбрость великую показалъ, ворвался далече въ станъ вражій и пойманъ бысть. По два рока искупленъ изъ неволи, и въ Польской службѣ служилъ. Егда Поляки крѣпость Койдацкую строили, и Хмельницкій былъ тамо, и егда вопрошали его, каковая сила той крѣпости будетъ? отвѣщалъ: руками человѣческими созидаемое, ими же и разрушено можетъ быть; единого токмо Бога зданія крѣпки. Такого ума былъ, имъ же Богомъ награжденъ. Обаче, видѣвше разореніе всея земли Украины, душею боляше зѣло и смущашеся, да не подпадетъ подъ область Польскую конечно, и страждуще, поразумѣвая благость Бога Всемогущого, мыслію гадалъ Ляхамъ противостати, и до свободы и до благоденствія всюю Малороссію довести. Къ тому же и собственная бѣда его приключилась. Подстароста Чигринскій, по прозвищу Чаплицкій, случаемъ пользуяся, отчину Хмельницкого Соботово, подъ Чигриномъ, на горѣ, въ лѣсу, отъялъ и завладѣлъ. А по бумагамъ сталось писано, же простому Козаку селеній и слободъ имѣть не можно. А войсковымъ асауломъ, сіе есть правителемъ всего войска Козацкого, Барабашъ былъ. Къ тому Барабашу Король Польскій писалъ, же въ его волѣ отъ Польши Козаковъ отлучить, же они и саблей вольно владѣютъ, и Ляхи сопротиву дадутъ. А Хмельницкій тое письмо, зазвавше до себе на пиръ Барабаша, отъялъ у пьяного и на другой день войску всему объявилъ. Барабашъ до Польши въ бѣгъ обратился и въ Польшѣ тую новину огласилъ, же Козацкая сила сильна вельми есть, и же на Козаковъ напасти надлежитъ, мятежъ предупреждая. А съ тоя вины третье возстаніе Козаковъ на Поляковъ началось было.

А въ такомъ порядкѣ дѣи были совершились:

Егда Хмельницкій провѣдалъ, же Поляки Барабаша самовольно Гетманомъ Козацкимъ озвали, собралъ войско немалое и сопротиво Поляковъ вышелъ. Сошелся съ Поляки въ около Никитина Рогу; Поляковъ разбилъ и вырубилъ. А послѣжды онъ, Хмельницкій, съ Крымскими Татарами переговоры держалъ и на помощь ихъ себѣ пригласилъ. А пришли они къ нему на помощь съ Ханомъ своимъ, Тугайбеемъ. Въ томъ же року 1647 Хмельницкій Гетманомъ всего войска Запорожского озвался. И егда Хмельницкій Гетманомъ озвался, тогда къ нему стекатися зачали Козаки со всѣхъ сторонъ, и войско его барзо личное сталось. Тогда сошлися Козаки съ Поляками на Желтыхъ Водахъ, урочищѣ. Командовали Поляками Гетманъ Потоцкій и Барабашъ, непрестававшій надѣю имѣти на Гетманскую Запорожскую хоругвь; але Хмельницкій его жалко разбилъ и въ бѣгъ обратитися заставилъ. Сѣчь же на Желтыхъ Водахъ двое было: первая въ первый день Мая мѣсяца, 1648, а вторая на второе число того же мѣсяца. Поляковъ разбѣгшихся Хмельницкій подлѣ града Корсуня нагналъ: тое было 16 числа Мая, гдѣ новая сѣча произошла. Враги укрѣпитися уже къ тому дню успѣли, обаче Хмельницкій ихъ изъ окоповъ повыгнать смогъ, и на голову разбилъ, и обозы въ добычу забралъ, и тутожде въ полонъ Барабаша взялъ. А отряды, посыланныи Хмельницкимъ по городамъ Уніатскимъ Жидовъ, и Поляковъ, и Малороссіянъ Уніатовъ плиндровали и убивали, и города тѣ сожигали. Знаменитѣйшій между отрядами сими былъ небольшой отрядъ асаула Лисенка, Вовгуревскимъ именовавшійся, по имени Вовгуря, прозвища Лисенка. Оный состоялъ токмо изъ 150 воиновъ охочекомонныхъ, хорошо вооруженныхъ, и дополняемъ бывалъ Гайдамаками. Всѣ тіи Вовгуревскіи ратники необычайной силой отличалися и случая не знато, жебы кто одинъ за нихъ въ плѣнъ живый отдался врагу на позоръ, а врагу отъ нихъ тяжко бывало, кольми паче Жидамъ. Обычай ихъ былъ съ живыхъ шкуру здирать. Въ Каневѣ и въ Сѣверскихъ властяхъ наипаче они себя жестокосердыми оказали. И Поляки страшилися ихъ паче всякого войства Козацкого. Вторый отрядъ Козацкій былъ полковника Ганжи, дѣйствовалъ на Волыни; а третій Осипа Павлюка, на Подолѣ, Жидамъ и шляхтичамъ Польскимъ бѣды чинилъ, а четвертый въ Кіевѣ и городахъ окружныхъ Козака Харченка, и потомъ сей до Лисенка присоединился. Пятый отрядъ былъ той Максима Кривоноса, пошелъ до Бара, и городъ сей, не глядя на его укрѣпленность, приступомъ взялъ, соборъ Іезуитовъ, тамо сидѣвшихъ, перерѣзалъ, и Поляковъ всѣхъ вырубилъ, и со всѣхъ Жидовъ живьемъ шкуры поздиралъ. За тое дѣло Кривоносъ въ великую милость у Хмельницкого взошелъ, и саблею Ханского отъ него и большими деньгами награжденъ. Самъ же Хмельницкій, дошедъ до Пилявы, съ Поляками тамо сошелся, на голову ихъ разбилъ, большой обозъ до 100,000 возовъ со всякимъ добромъ забралъ, и на мѣстѣ положилъ 40,000 отборныхъ воиновъ Польскихъ изъ шляхты. Здѣся же Хмельницкій обогатился зѣло арматами, въ коихъ прежъ того нужду имѣлъ, и самопалами и саблями. Тая сѣчь, происходившей на Пилявскомъ урочищѣ, была въ исходѣ Сентабря 1648 года. Съ той Пилавской сѣчи (на оной же участіе брали многіе Паны Малороссійскіе, стоявшіе прежде на сторонѣ Польской) начали малыя партіи сельскія составлятися сопротиву Поляковъ, найпаче межъ ними знатная была Стародубская мужицкая вольная; сама по своей прихоти разбой чинила и Стародубъ сожгла, не токмо Католиковъ и Уніатовъ обижая, но и своимъ бѣды причиняя, села грабя и жителей беззащитныхъ плиндруя, неистовствуя безъ всякого начала.

Въ семъ же 1648 году Король Польскій, Владиславъ того имени Четвертый, умре, а мѣсто его заступилъ другой сынъ Сигисмунта выше упомянутого Третьего, Іоаннъ Казимиръ. Сей Іоаннъ, желая до Козаковъ Гетмана подольститься, послалъ до Хмельницкого бунчукъ и булаву и дары многіи, кои принялъ Хмельницкій признательно, обаче о перемиріи не молвилъ, а пословъ своихъ послалъ до Царя Московского, Алексѣя Михайловича, помощи у него просяще; а самъ молебствіи совершалъ за одержанныи надъ Поляками побѣды: тое было въ Кіевѣ. Молебствіи совершивши, и воинство свое окликнувши, Богданъ Хмельницкій до Збаража пошелъ и на дорогѣ съ Татарами Крымцами сошелся, шедшими ему на помощь, въ числѣ же ихъ было, съ Козаки ведшими, не мало до 200,000 съ излишкомъ; а командовалъ ими Ханъ Исламбей, великій богатырь, наѣздникъ и приверженный Хмельницкого. Сухое лѣто того времени не мало мѣшало успѣхамъ вождей Православныхъ; обаче дошли войства ихъ до Збараша благополучно; сіе же было въ первыхъ дняхъ Іюля. Тамо уже поджидало Козаковъ войско Польское, але не войско, а токмо невыручныи остатки, подъ командорствомъ Вишневецкого и Фирлея; было же ихъ безъ малого не болѣе 10,000 и стояло въ окопахъ. Козаки и Татары не замедлили окружить станъ Польскій и морили голодомъ до того, же ничего, окромѣ конины, не осталося ѣсть врагамъ, и съ голоду пухли. Обаче удерживали станъ свой, надѣяся быть подкрѣплены новымъ войскомъ, кое собиралъ самъ Король въ Краковѣ, и, набравши, точно выступилъ на помощь Фирлею. Тогда подъ Зборовымъ Хмельницкій окружилъ Короля и сѣча страшная была. Коронный Гетманъ Оссолинскій убитъ былъ тутожде; все поле покрылось трупами Польскими: И егда подоспѣли до Хмельницкого еще и Вовгуревскіи ратники съ Атаманомъ Лисенкомъ и съ Гайдамаками, то не въ мочь стало Королю; поднялся на хитрость: подумалъ отклонить Хана Исламъ Гирея отъ Хмельницкого и пословъ къ нему тайныхъ посылалъ, жебы примирился съ Поляками. Готовъ миръ держать, егда же И Козаки его получать, тако отвѣщалъ Ханъ. И весьма тому возрадовался Король Іоаннъ. Почались переговоры, а потомъ и миръ заключенъ. И по тому миру положено быть границей Украиской рѣкѣ Горыни, а Козакамъ быть въ числѣ 40,000 конниковъ и пользоваться имъ всѣми вольностями и привилеями по прежнему, и управляться своимъ Гетманомъ Хмельницкимъ, а Полякамъ не гнать Вѣру Православную и до Уніи не принуждать никого изъ жителей Украины.

Такъ и окончилось третье возстаніе Козаковъ противъ Польши.


СКАЗАНІЕ II
о четвертомъ возстаніи запорожцевъ.

Хотя Поляки обѣщавали многое Козакамъ по Зборовскому трактату, обаче памятовали обѣты свои, дондеже трупы соратниковъ ихныхъ вь глазахъ ихъ пребывали, дондеже остылая кровь оныхъ въ тѣлесѣхъ ихъ не остыла, и тогда злобства свои паки зачали. Писалъ же и листы Хмельницкій, але тѣ листы забвенію предавали, и егда Іезуиты морочити Католиковъ не преставали, а на вящшее буйство поднимали, особъ Православную Церкву гнести и духовенство Русское, то войско Гетмана Хмельницкого, да и самь же онъ вновѣ сердцемъ, духомъ и оружіемъ до войны подъялись. Съ тоя же поры четвертое возстаніе Запорожцевъ на Украину зачалось и сильнѣе и тяжче Ляшскимъ силамъ сталось. А какъ было тое ажъ до самого Бѣлоцерковского трактата, повѣстью скажемъ.

Сами Поляки подали сигналъ къ возмущенію; однако и Козаки и Хмельницкій не исполнили по трактату положенного условія быть реестровыхъ Козаковъ токмо 40,000, паче же собирая оныи реестры и ополчая, прилагалъ силы увеличить силу Козацкую до того, же оказалось ихъ по полкамъ въ четыре разы болѣе; а егда до него приходили селяне отъ пановъ, принуждавшихъ въ Унію вступать ихъ, и просилися вольными быть и въ Козачество вступить, то Хмельницкій по выбору не отказывалъ, а благодарилъ ихъ, и увеличилъ свое войство ажъ до 300,000. Тое подало Двору Польскому не малое недоразумѣніе и опасеніе, что и воспріяли себѣ на умъ тіи коварныи Іезуиты и Уніаты. А другое окромѣ того было дѣло Егда Уніаты завели на Волыни, Подоли, Подляхіи и по прочимъ инымъ мѣстамъ драку самовольную съ Православными, то Козакамъ, тамо бывшимъ, Хмельницкій попустилъ тѣ драки смиряти; то было съ простыхъ мужицкихъ дракъ сѣчи и битвы рушати и кровь проливати. Они же, Козаки, еще и далѣе подвинулися, и сами на смирныхъ Уніатовъ нападати зачали, ограбляли города и села, Вышницу, Бобрикъ плиндровали и другіи мѣста. На сіе Хмельницкій не смотрѣлъ; а свое продолжалъ. Между тѣмъ ему восхотѣлось сына своего, Тимофѣя, женити на Волосской принцесѣ, Иринѣ. И пошелъ онъ со войствомъ своимъ въ Волошскую землю, понеже Господарь Волошскій, Василій Лупула, дочери своей за Тимоша, сына Хмельницкого, отдать не восхотѣлъ. Козаки напредъ Сороку, городъ Волосскій, взяли и Волохи устрашились, и самъ Господарь въ бѣгство обратился, а Козаки преслѣдовали до Яссъ, гдѣ и сѣча была. Толико обиженный Господарь обратился къ Полякамъ, прося у нихъ заступу; але Хмельницкій настоялъ на своемъ, и просилъ помощи у Татаръ, а еще послалъ къ Московскому Царю, Алексѣю Михайловичу, прося покровительства у него и отдавая всю Малую Россію подъ покровъ его. По тому же посольству случилось, что многіи Украинскій Козаки изъ Подоля, Кіевскихъ и другихъ мѣстъ Украины перешли жить на слободы въ Татарскіи пригонья, подъ державу Великого Государя Алексѣя Михайловича, и поселились по близости Бѣлогородской черты, оснуя города: Сумы, Лебединъ, Ахтырку, Харьковъ, Изюмъ, Острогожскъ, Бѣлополье, Мирополье и др. А въ тое же время Поляки выступили на Козаковъ, въ защиту не столько Волоховъ, сколько свою, и были разбиты около Каменца, да около Винницы, и Поляковъ много на тѣхъ баталіяхъ пало; а егда Хмельницкій отошелъ, да Полковникъ Глухъ подъ Винницей вновѣ ихъ разбилъ, то Поляки изумились и подвигнулись на большія битвы, яко и самъ Король Польскій, Богу помолясь и благословясь, сопротиву пошелъ Хмельницкому. Тогда Хмельницкій тайныхъ посылалъ къ Королю, кои увѣщевали вспять ему возвратиться, угрозы творя; обаче Король слуховъ тѣхъ не послушалъ, и далѣе пошелъ, и дошелъ до мѣстечка Берестечка. Страшная и грозная тая сѣча была; Козакамъ она много вреда на несла, але и Поляки познали тогда Козацкую мочь. Разбили же Козаки Поляковъ на рѣкѣ Стырѣ, и гвалту имъ задали, и обозы разграбили.

Обаче не на добро уже, думали, шло дѣло Козакамъ, яко у Кородя новыи силы прибывали непрестанно, а Козаки падали и счастія забывали; многіе же до того доходили, же и на сторону Польскую предавались. Особливо таковымъ стался безчестнымъ Асаулъ Гайдамацкій, Лисенко, предавшійся Уніи со своими. Въ войствѣ Польскомъ въ тое время былъ славный вождь, Вишневецкій, роду Малороссійского, але до Папежства приросшій. Тому на волю Лисенко отдался, прося милости и всепрощенія. Самъ разоруженный, явился онъ въ станъ Вишневецкого и на колѣна палъ, и Польскимъ крестомъ клялся, что во вѣки не вооружится противу Католиковъ. Змію такому жить не потреба. Въ тое время гайдуки и мечники Вишневецкого Лисенка взяли и окружили и на деревѣ растерзали. Тогда Гайдамаки смутились и сопротивъ Поляковъ стали, и въ горькой сѣчи всѣ были перерѣзаны.

Прежъ того Гетманъ Хмельницкій да Ханъ Татарскій на встрѣчу новыхъ силъ выступили. Оставшееся жъ войско противо Короля билось, и Королемъ атаковано тако же; они припасовъ съѣстныхъ, а ни запасовъ армейскихъ не имѣя, ниже ко спасенію отъ сильного врага иного средства, окромѣ побѣга, въ бѣгъ ударились, и гонимые несчастно и убиваемые до самого Зборова, вплавь чрезъ рѣку Пляшовую переправляясь, иные потонули, иные Поляками побиты; всего же Козаковъ не стало, сіе есть, въ уронѣ было, до 30,000. Тогда Поляки мирныи условія Козакамъ предлагали; але Гетманъ Хмельницкій на тѣ мирныи условія не согласился и, собравъ Козаковъ и Татаръ, мало не 100,000, на Масловомъ Ставу станомъ сталъ. Тогда къ нему иныи полковники подошли. Стояли они во ожиданіи Польскихъ войскъ, и не долго дожидались. Князь Янусъ Радзивилъ Литовскій изъ Кіева подошелъ на нихъ; обаче споткнулся и сильное пораженіе съ обѣихъ сторонъ произошло.

Тогда Хмельницкій, видя свою силу упадшу и думая вновѣ собрать оную, а Поляки съ своего бору бѣдствуя, сошлися на мирный трактатъ, кой и заключенъ подъ Бѣлоцерковью былъ. По оному же трактату привилеи Козацкіи стѣснены, и положено быти имъ въ числѣ токмо 20,000, и не имѣти сношеній со Татарами, и Уніатамъ позволено свободное прожитіе по городамъ во всей Украинѣ, и Жидамъ по прежнему пользоваться правами арендаторства, а панамъ Малороссійскимъ не мѣшаться съ Козаками и знать свое. Како ни тѣсны таковыи условія Козакамъ и всей Украинѣ были, але Хмельницкій присягу исполнять ихъ далъ, не воображая исполнять ихъ долго, же крѣпко надѣялся, что и Поляки со своей стороны не преминутъ ихъ нарушить. Тако окончилось сіе четвертое возстаніе Козаковъ сопротиву Поляковъ, повлекщее между Козаками гомины и гвалты народовыи сопротивъ Хмельницкого, его же цѣлей не поразумѣваючи. Але мудрый Гетманъ Хмельницкій добре зналъ, что начиналъ, и ничто же его не ворушило, же твердымъ шагомъ до своей меты шелъ, и дохожати, егда бы ни пристало, уповалъ, и на пятое возстаніе, о коемъ и повѣствованіе слѣдуетъ.


СКАЗАНІЕ III
о пятомъ, сіе есть, послѣднемъ возстаніи козацкомъ сопротиву полякъ.

Гетманъ Хмельницкій, Козаковъ своихъ по реестрамъ, видовъ своихъ не забывалъ, а къ заключенію мирнаго трактата Бѣлоцерковского не по волѣ, а по нуждѣ, принужденъ бывши, къ нарушенію оного не усумнился. И первое, послалъ посланцевъ на Москву, до царя Алексѣя Михайловича, Ивана Искру, да Ивана Виговского, прописуя просьбу войство Запорожское и его Гстмана и всѣ чины Малоросійскіи до себе во власть приняти; а второе, полки собравъ, Тимошу, сыну своему, да инымъ вождемъ поручивши, въ землю Волосскую послалъ, всего же войства десять полковъ реестровыхъ, да три полка охочекомонныхъ и Гайдамакъ и прочихъ иныхъ ратниковъ. Сіе было по веснѣ того же 1651 року. Таковой листъ до Господаря Волошского Хмельницкій писалъ: „Сосватай ты, Господарь, дщерь свою со сыномъ, Тимошемъ, моимъ, и тебѣ добре буде; а не сосватаешь и не выдаси, изотру, изомну, и остатка твоего не останется; яко вихремъ прахъ твой розмечу по воздуси.“ Тогда, убоявся Господарь Волосскій, помочи у Ляховъ просилъ, промовляя, же Козаки вновѣ сопротиву него бунтуются. Не успѣло войство Козацкое въ землю Волосскую дойти, дошли въ нюю Поляки, ими же въ тую пору Гетманъ Калиновскій командовалъ, а было подъ знаменемъ его пять полковъ, добре вооруженныхъ, да подъ знамемъ брата его, Нѣжинского, два полка. И стали они по рѣкѣ Бугу на Батогѣ, и сошлись съ Козаками и со Татарами. И произошла тогда страшная сѣча, длилась двое сутки. Много головъ вождей Ляшскихъ, много же и Козаковъ полягло тамо; а межъ прочими и самъ Мартинъ Калиновскій посѣялъ голову свою на поляхъ Батогскихъ. И принесли въ Тимошу потраву его и съ безчестіемъ розметали, А Собіеского, старосту Красноставского, живьемъ въ полонъ взяли и безщадно смерти предали. Вторый же бой одержали Козаки въ около Каменца надъ Поляками; обаче той бой не толико тяжекъ былъ. Ханъ же Нагайскій пошелъ во глубь Польши и тамо плѣнивъ многое множество народа Польского, погналъ по себѣ въ свои улусы. Убоявшаяся шляхта Польская, далѣ ажъ до Гданска бѣжала за Вислу, остальные же шляхтичи по Украинѣ всѣ были вырѣзаны, и Жидамъ и Уніатамъ пуще всего лихо досталось. Сіе было въ 1652 року. И того же року доспѣлъ Гетманъ Хмельницкій свое довершити, засваталъ и женилъ сына, Тимоша своего, на дщери Волосской Господаревнѣ. Не до того же было Полякамъ въ тое жалкое время; бо у нихъ у самихъ междоусобицы страшныи стали, главное то за Самуила Сичинского, народнаго посла Литовского до Варшавы зъ Упиты, и за Еремію Радовского, Коронного канцлера.

А въ послѣдовавшемъ 1653 року и горшее приключилось. Егда опомнились Поляки, думати сопротиву Гетмана Хмельницкого зачали, и Сеймъ собравши, послали Гетмана Чернецкого на Украину, который мечемъ и огнемъ многіи села Православныи поруиновалъ и до конца Клинцы, Липовецъ, Погребище ниспроверглъ. Обаче Хмельницкимъ противо его посыланное войско его поразило и его самого доканало. Въ томъ же року почались вновѣ трактаціи Гетманскіи съ Царемъ Московскимъ, и вельми на добро для Украины становилось.

Того же году Князь Мултянскій Радулъ, да Князь Трансильванскій, Ракочій, съ войсками своими не малыми пришли въ землю Волосскую, изгнати господаря Волосского, Василія Лупулу, съ госпадарства его хотяще, але Тимошъ Хмельницкій войска свои собравъ, пошелъ сопротиву ихъ, и подъ Яссами городомъ на сѣчу ихъ вызвалъ и побѣдилъ. Обаче Ракочій новыи войска сопротиву Сочавы выставилъ, и Господаря Волосского изъ господарства его изгнати успѣлъ, и городъ Сочаву приступомъ обложилъ. Храбро Волохи съ Козаками щитили себе; але егда Тимошъ пушечнымъ ядромъ убитъ, Мультяне и Венгры Сочаву вземше, распустили мятежъ по всей землѣ Волосской. Про тое провѣдавъ, Гетманъ Хмельницкій войско собравъ, противъ Мултянъ и Венгровъ пошелъ; а Мультяне и Венгры на догадъ были, помощи Польской просили. Поляки, да еще и Король ихъ, съ ними былъ, ими командовалъ, на Званцѣ стали, попретить Хмельницкому въ землю Волосскую дорогу. Обаче Хмельницкій съ Татарами до Званца дошедъ, войско Казимирово осадилъ и побѣду знатную выдержалъ, же достальныхъ малочисленныхъ разбѣгтись принудилъ, а прочихъ на мѣстѣ положилъ. А посля Татаръ по земляхъ Польскихъ распустилъ грабити ихъ, и свои партіи то жъ много бѣдъ Полякамъ причинилъ. Тогда Король Казимиръ, на тое взираючи, зѣло душею болѣлъ, и на хитрости поднялся, подкупить Татаръ воспріялъ, да и Козаковъ тожъ подущая за Польшу стати. И сіе по его волѣ стало было, але Хмельницкій тое все разорити сумѣлъ.

Тогда жъ Гетманъ Хмельницкій послалъ къ Государю Царю Алексѣю Михайловичу старшину, Григорія Гуляницкого, съ прочими съ челобитьемъ о принятіи Малыя Россіи подъ крѣпкую Его Величества протекцію, и по тому Хмельницкого прошенію, 1654 году, отъ его Царского Величества присланъ былъ Ближній Бояринъ и Дворецкій, Василій Васильевичь Бутурлинъ, съ другими Боярами и Стольниками и Дворянами, къ Гетману Хмельницкому и всему войску, для постановленія пунктовъ и со обѣщаніемъ великой милости Государевой. И тогда Хмельницкій съ своею старшиною, пріѣхавъ въ городъ Малороссійскій, Переяславль, Генваря 6 дня, 1654 года, подвергалъ себя единовѣрному Монарху Всероссійскому, и обѣщаясь служить вѣрно и вѣчно подъ Самодержавіемъ Всероссійскимъ, Его Величеству, а не Польскимъ Королемъ, и чтобъ отступивъ отъ Татаръ, не имѣть съ ними согласія. На чемъ и присягу учинили Гетманъ со всею старшиною и со всѣмъ войскомъ въ Переяславлѣ и во всѣхъ городѣхъ, со всею охотою и съ надеждою тихомирія и всякого добра. Тогда жъ Гетману и старшинѣ жалованье Царское соболями, матеріями и деньгами дано.

И тогожъ 1654 году, Февраля 17 дня, Гетманъ Богданъ Хмельницкій послалъ отъ себя и отъ всего войска съ грамотою, чрезъ Павла Тетерю, Полковника Переяславского, съ товарищи, поддаваясь Его Царскому Величеству и прося подтверженія привилегій давныхъ Королевскихъ и Княжескихъ на вольности Козацкіи, Войсковыи, общенародныи и Церковныи, и вновѣ показанія милостей, желая вѣчно Его Величеству служить и крови своея не щадить. Почему Великій Государь въ Москвѣ изволилъ пожаловать войску Малороссійскому на вольности ихъ милостивую свою монаршую съ Государственною печатью грамоту, и просительные пункты рѣшеніемъ утвердилъ „дабы Козаки своими правами судилися отъ своихъ старшинъ и товарищества, безъ нарушенія правъ отъ Князей Рускихъ, духовнымъ и мірянамъ наданныхъ. Въ городахъ Малороссійскихъ были бы урядники Малороссіяне, управляя людьми, изъ которыхъ, кромѣ Козаковъ, собирали бъ денежныи и хлѣбенныи доходы на Государя, и изъ того сбору на 60,000 Козаковъ реестровыхъ, давать Государево годовое жалованье, Козаку по три рубля, а Гетману по 1000 червонцовъ, и Чигринъ городъ съ уѣздомъ, тако жъ старшинѣ, войсковой Генеральной, и Полковникамъ, и Сотникамъ, и ихъ старшинѣ полковой и сотенной, по рангамъ ихъ. Въ силу его, Богдана Хмельницкого, Гетманскихъ съ старшинною его, просительныхъ и рѣшительныхъ пунктовъ, а именно: 8, 9, 10, 11 и 12. А на артиллерію Войсковую Генеральную городъ Корсунь съ уѣздомъ. Чтобъ Гетману посланниковъ изъ окрестныхъ Государствъ не принимать, но отсылать ихъ къ Его Царскому Величеству. Такожъ и отъ себя безъ Указа Монаршого въ чужія Государства посланниковъ не посылать. Съ Крымскимъ Ханомъ не ссылаться, только съ нимъ миръ имѣть, дабы не нападали Татаре на Россію. Чтобъ по смерти Гетманской нового изъ числа своей братьи Козаковъ Гетмана избирать вольными голосами, и о томъ Его Царскому Величеству доносить, которому Его Величество повелитъ предъ себя явиться и пожалуетъ Гетмана булавою, знамемъ и бунчукомъ, съ подтвердительною на Гетманство грамотою и прочая.“

Егда же Король Польскій да Ханъ Крымскій про тое провѣдали, трактацію между собою положили вновѣ сопротиву Козаковъ да Москалей итить, и огнемъ и мечемъ ихъ воевать. И началась въ тое время страшная война. Войска Московскіи да войска Козацкіи на Польшу пошли; Московскіи пошли на Смоленскъ, а Козацкіи подъ командой Гетмана Наказного, отъ Хмеланицкого поставленного, Ивана Золотаренка, на Гомель и Быховъ, а оттоль на прочіи города, и сошлись подъ Смоленскомъ съ войсками Московскими. Въ томъ же 1654 року той же Золотаренко съ Поляками подъ Шкловымъ баталію имѣлъ и сильнѣ сразился. Самъ же Гетманъ Хмельницкій, въ послѣдовавшемъ 1655 року, баталію съ Поляками подъ Дрижиполемъ выдержалъ, а вторую подъ городомъ Люблиномъ, да посла подъ городомъ Гродномъ и подъ иными мѣстами.

Тѣмъ и окончилось сіе пятое Козацкое противъ Поляковъ возстаніе, столь Козакамъ славное, а Полякамъ и всей державѣ Польской зловредное, еже Польская Монархія съ той поры никогда въ силу не приходила а токмо отчасу упадала сильнѣе. Козацкая же держава подъ рукою Царей Московскихъ процвѣла. Обаче, яко всякому зданію человѣчу конецъ, и смерть, и разрушеніе есть, то тако и съ Козацкою державой сталось; подверглась бо она въ свою пору мятежамъ и межусобицамъ, и Татарами разграблена и Поляками поплиндрована до конца.


СКАЗАНІЕ IV, ТОЕ ЕСТЬ, И ПОСЛѣДНЕЕ,
о смерти праславнаго гетмана хмельницкаго.

Въ 1657 року Хмельницкій Гетманъ просилъ Польскихъ комисаровъ для отводу новыхъ Украинскихъ границъ, кои и учинили тако:

Отъ устья Днѣпра до вершины Днѣстра, а оттуда до рѣки Орели и Припети, къ городу Быхову чрезъ Днѣпръ надъ рѣкою Сожею подъ городъ Рославль, а отъ устья Днѣстра до Лимана, и чтобы по Днѣпру и Днѣстру въ Черное море свободный былъ Россіянамъ проѣздъ.

Вскорѣ по семъ Хмельницкій, утомленный подвигами войны и отъ времени . до времени ослабѣвая въ здоровьѣ, почувствовалъ приближающейся конецъ достохвальныя жизни своей, и для того заблагоразсудилъ увѣдомить о семъ войско, дабы они заблаговременно могли себѣ избрать единомысленно Гетмана, къ чему призналъ достойными Тетерю, Пушкаря и прочихъ, а сына, яко малолѣтного, еще не находилъ къ тому способными. И потому приказами своими созвалъ старшину генеральную, полковниковъ, сотниковъ, и всю какъ полковую, такъ и сотенную старшину, и все Козацкое войско, въ Чигринъ, Августа къ 6 числу, 1657 года (а умеръ онъ 15 числа) и не въ состояніи будучи самъ ходить, отъ старости и болѣзни своей, велѣлъ себя привесть въ собраніе и, ставъ посреди круга, въ краткой, но сильной говоренной имъ рѣчи, во первыхъ, припомнилъ вообще прежнія бѣдствія и нестерпимыя отъ Поляковъ чинимыя народу Малороссійскому обиды, отъ которыхъ потомъ милостію Божіею, мужествомъ ихъ, Козаковъ, а предводительствомъ его самого, Хмельницкого, содѣлавшееся отъ ига Польскаго избавленіе не безъ великихъ въ томъ трудовъ послѣдовало; потомъ всему войску Малороссійскому за храбрость въ сраженіяхъ съ Поляками, Венграми, Мултянами, Татарами и Шведами, а именно: въ тридцати четырехъ, счастливо отправленныхъ, и за послушаніе ихъ ему, яко начальнику своему, да и за самый урядъ свой Гетманскій, благодарилъ; между тѣмъ сожалѣлъ, что не далъ Богъ войны той съ Поляками, какъ желалось ему, совсѣмъ окончить, понеже, какъ говорилъ онъ, крайне было должно Волынь, Покутье, Подолію и Полѣсье, нынѣ Поляками владѣемыя, и въ тѣхъ земляхъ народъ Малороссійскій Благочестивый, кь Уніи принуждаемый, насильно оружіемъ нашимъ отъ ига Польского избавить, и все то, чѣмъ прежде Великіи Князи Великороссійскіи и Самодержцы наслѣдственно владѣли, къ Самодержавію Всероссійскому паки присовокупить. Напослѣдокъ, спрашивалъ всѣхъ, кого желаютъ они себѣ по немъ имѣть Гетманомъ, ибо, де, онъ чувствуетъ, что скоро умретъ? При чемъ поручилъ войску сына своего, Юрія, и повелѣлъ себя похоронить не въ Чигринѣ, но въ своей отчинѣ, Суботовѣ, при созданной имъ каменной церкви. На вопросъ о преемникѣ Хмельницкого, все войско Малороссійское со всею старшиною единогласно подтвердили Юрія Хмельницкого, еще въ молодыхъ лѣтахъ тогда бывшого, во мзду заслугъ отцовскихъ, быть Гетманомъ. Умирающій Хмельницкій, видя общую къ себѣ и сыну своему всего народа любовь, со слезами радости, благодаря всѣхъ за оную, призвалъ сына своего и, учиня пристойное къ новой должности наставленіе, вручилъ ему клейноты его Царского Величества: булаву, бунчукъ и знамя, а потомъ скоро и умре къ неописанной всѣхъ печали. Царство ему небесное и на земли повѣчная слава! Аминь!


Суспільне надбання

Ця робота перебуває у суспільному надбанні у всьому світі.


Цей твір перебуває у суспільному надбанні у всьому світі, тому що він опублікований до 1 січня 1926 року і автор помер щонайменше 100 років тому.